Богиня Зимы, покоя.
В народных сказах о ней говорится как о 
Снежной Королеве. Каждый из нас по-своему любит это время, несмотря
на суровые морозы и холода, за его зимнее очарование, белый снежный 
покров, за внутреннюю тишину, умиротворённость и покой. Всё это - 
проявления прекрасной Богини Мары.



Даждьбог и Марена




Почему-то
сейчас в большинстве случаев о деяниях наших предков, Богов и Богинь 
судят по сказам опубликованным А. Асовым и принимают их чуть ли как не 
последнюю инстанцию. Я с этим категорически не согласен, особенно когда 
речь идет об отношениях наших пращуров Даждьбога и Марены, ведь 
согласно «Слова о полку Игореве» мы являемся внуками Даждьбожьими. 
Асов представляет нам Богиню Мару злюкой погубившей своего Мужа
Даждьбога, но я считаю что это не так. Существует множество других 
вариантов сказаний про Мару Моревну и там её называют прекрасной 
Королевной любящей и заботящейся о своем муже. В своих Прославлениях мы
почему-то же величаем её добродетельной и заботящейся о своих потомках
Богиней. Так где же правда? Решайте сами. Ниже приведен в свободном 
изложении, один из многочисленных сказов, раскрывающих подлинные 
отношения наших далеких предков.



Жил-был
в Сварге Пречистой Даждьбог Перунович, а у него было три сестры: одна 
богиня Магура дева воительница, другая богиня Тара (Заря), третья богиня
Девана (Зевана). Как-то пошёл он с сёстрами в Ирий сад погулять. Вдруг 
находит на небо туча чёрная, встаёт гроза страшная. 
    — Пойдёмте, 
сестрицы, домой! — говорит Даждьбог.Только пришли они во дворец — как 
грянул гром, раздвоился потолок, и влетел к ним в горницу ясен сокол, 
ударился сокол об пол, сделался младым богом Хорсом, и говорит:
    — Здравствуй, Даждьбог! Прежде я ходил гостем, а теперь пришёл сватом; хочу у тебя сестрицу богиню Тару(Зарю) посватать.
   
— Коли люб ты сестрице, я её не унимаю—пусть идёт! Богиня Тара 
согласилась, и соколоподобный Хорс женился на ней и унёс её в свой 
Чертог.Дни идут за днями, часы бегут за часами — целого года как не 
бывало. Пошёл Даждьбог сдвумя сёстрами в Ирий сад погулять. Опять встаёт
туча с вихрем, с молнией.
    — Пойдёмте, сестрицы, домой!—говорит 
Даждьбог.Только пришли они во дворец — как ударил гром, распалася крыша,
раздвоился потолок, и влетел орёл. Ударился об пол и сделался младым 
богом Святобором, и говорит:
    — Здравствуй, Даждьбог! Прежде я 
гостем ходил, а теперь пришёл сватом.И стал сватать богиню Девану 
(Зевану). Отвечал ему Даждьбог:
    — Если ты люб Деване, то пусть 
она за тебя идёт, я с неё воли не снимаю.Богиня Девана согласилась и 
вышла за Святобора замуж. Обернулся он орлом, подхватил её и унёс в свой 
чертог.
    Прошёл ещё один год, говорит Даждьбог своей младшей сестрице: 
    — Пойдём, в Ирии саду погуляем! Погуляли немножко, опять встаёт туча с вихрем, с молнией.
   
— Вернёмся, сестрица, домой! Вернулись домой, не успели сесть — как 
ударил гром, раздвоился потолок, и влетел ворон,ударился ворон об пол и 
сделался добрым молодцем, богом Воданом. Прежние были хороши собой, а 
этот ещё лучше.
    — Ну, Даждьбог, прежде я гостем ходил, а теперь пришёл сватом, отдай за меня Магуру.

   
— Я с сестрицы волю не снимаю, коли ты полюбился ей, пусть идёт за 
тебя.Вышла за Водана-ворона Магура, и унёс он её в свой Чертог.Остался 
Даждьбог один, целый год жил без сестёр, и сделалось ему скучно.
    —
Пойду, — говорит, — искать сестриц.Собрался в дорогу, сел на коня и поехал и
вот видит — лежит в поле рать-сила побитая.Спрашивает Даждьбог: 
    — Коли есть тут живой кто, — отзовись! Кто побил это войско великое?Отозвался ему один из живых:
    — Всё это войско великое побила прекрасная богиня Мара Моревна.


Пустился Даждьбог дальше, наезжал на шатры белые, выходила к нему навстречу Мара Моревна, прекрасная:
    — Здравствуй, Даждьбог, куда тебя несёт—по воле аль по неволе?Отвечал ей Даждьбог:
    — Добрые молодцы по неволе не ездят!

    — Ну, коли дело не к спеху, погости у меня в шатрах.

   
Даждьбог тому и рад, две ночи в шатрах ночевал, и полюбился Маре 
Моревне и женился на ней. Мара Моревна прекрасная взяла его с собой в 
свой небесный Чертог. Пожили они вместе сколько-то времени, и вздумалось 
ей прогуляться, стала она на войну собираться.Оставляет она на Даждьбога
всё своё хозяйство и приказывает:
    — Везде ходи, за всем 
присматривай, только в эти пещеры не моги заглядывать!Но он не вытерпел,
и как только Мара Моревна уехала, тотчас бросился в те 
пещеры,запретные. Отворил Даждьбог дверь, глянул, — а там висит Кощей 
Бессмертный, на двенадцати цепях прикованный. Богом Велесом силы своей 
лишённый.Просит Кощей у Даждьбога: — Сжалься надо мной, дай мне 
напиться! Десять лет я здесь мучаюсь, не ел, не пил—совсем в горле 
пересохло!
    Даждьбог подал ему целое ведро воды, он выпил и ещё запросил:

   
— Мне одним ведром не залить жажды, дай ещё!Даждьбог подал другое 
ведро. Кощей выпил и запросил третье, а как выпил третье ведро,
    взял свою прежнюю силу, тряхнул цепями и сразу все двенадцать цепей порвал. 
   
— Спасибо, Даждьбог! — сказал Кощей Бессмертный.— Теперь тебе никогда 
не видать Мары Моревны, как ушей своих!—и страшным вихрем вылетел в окно,
нагнал на дороге Мару Моревну, прекрасную, подхватил ее и унёс к себе.А 
Даждьбог горько-горько затужил о ней, снарядил своего коня и поехал в 
путь-дорогу:
    — Что ни будет, а разыщу свою любовь Мару 
Моревну!Едет день, едет другой, на рассвете третьего видит чудесный 
дворец, у дворца дуб стоит, на дубу ясен сокол сидит. Слетел сокол с 
дуба, ударился оземь, обернулся добрым молодцем богом Хорсом и закричал:
   
— Ах, шурин мой любезный! Как тебе живётся?Выбежала Тара, встретила 
Даждьбога радостно, стала про его здоровье расспрашивать, про свое 
житьё-бытьё рассказывать.Погостил у них Даждьбог три дня и говорит:
    — Не могу у вас гостить долго, я иду искать жену мою, Мару Моревну, прекрасную.

   
— Трудно тебе сыскать ее,— отвечает Хорс.— Оставь здесь на всякий 
случай свою серебряную ложку, будем на неё смотреть, про тебя 
вспоминать.Даждьбог оставил у Хорса свою серебряную ложку
и поехал дальше.Ехал он день, ехал другой, на рассвете третьего видит 
дворец ещё лучше первого, возле дворца дуб стоит, на дубу орёл сидит. 
Слетел орёл с дерева, ударился оземь, обернулся добрым молодцем богом 
Святобором и закричал:
    — Вставай, Девана! Милый наш братец 
идёт. Девана тотчас прибежала навстречу, стала его целовать-обнимать, про
здоровье расспрашивать, про свое житьё-бытьё рассказывать. Даждьбог 
погостил у них три денька и говорит:
    — Дольше гостить мне некогда, я иду искать жену мою, Мару Моревну, прекрасную. Отвечает Святобор:
    — Трудно тебе сыскать её, оставь у нас серебряную вилку: будем на неё смотреть, тебя вспоминать.Он оставил серебряную вилку
и поехал дальше. День едет, другой едет, на рассвете третьего видит 
дворец лучше первых двух, возле дворца дуб стоит, на дубу ворон сидит. 
Слетел ворон с дуба, ударился оземь, обернулся добрым молодцем богом 
Воданом и закричал:
    — Магура девица! Поскорей выходи, наш братец 
идёт. Выбежала Магура, встретила его радостно, стала целовать-обнимать, 
про здоровье расспрашивать, про своё житьё-бытьё рассказывать. Даждьбог 
погостил у них три денька и говорит:
    — Прощайте! Пойду жену искать—Мару Моревну, прекрасную.

    Отвечает Водан: 
   
— Трудно тебе сыскать её, оставь-ка у нас серебряную чашку, будем на 
неё смотреть, тебя вспоминать.Даждьбог отдал ему серебряную чашку, 
попрощался и поехал дальше.День едет, другой едет, а на третий добрался 
до Мары Моревны. Увидала она своего милого,бросилась к нему на шею, 
залилась слезами и промолвила:
    — Ах, Даждьбог! Зачем ты меня не послушался, —пошёл в пещеры запретные и выпустил Кощея Бессмертного?
   
— Прости, Мара Моревна! Не поминай старого, лучше поедем со мной, пока 
не видать Кощея Бессмертного, авось не догонит!Собрались они и уехали. А 
Кощей на охоте был, к вечеру он домой ворочается, под ним добрый конь 
спотыкается.
    — Что ты, несытая кляча спотыкаешься? Али чуешь какую невзгоду? Отвечает конь.

    — Даждьбог приходил, Мару Моревну увёз.

    — А можно ли их догнать?

   
— Можно пшеницы насеять, дождаться, пока она вырастет, сжать её, 
смолотить, в муку обратить, пять печей хлеба наготовить, тот хлеб поесть,
да тогда вдогонку и ехать — и то поспеем!Кощей поскакал, догнал Даждьбога.
Сразились они в лютой схватке, стукнул копытом Кащеев конь Даждьбога и 
упал он со своего коня. Одолел в этот раз Кощей Даждьбога.
    — Ну,—
говорит, — первый раз тебя прощаю, за твою доброту, что водой меня 
напоил, и в другой раз прощу, а в третий берегись — на куски 
изрублю! Отнял у него Мару Моревну и увёз. Даждьбог сел на камень и 
опечалился.Но делать нечего и он опять воротился назад за Марой 
Моревною. Кощея Бессмертного дома не случилось.
    — Поедем, Мара Моревна!

    — Ах, Даждьбог! Он нас догонит.

   
— Пускай догонит, мы с ним еще раз сразимся и тогда посмотрим, кто кого
одолеет.Собрались и уехали. Кощей Бессмертный домой возвращается, под 
ним добрый конь спотыкается.
    — Что ты, несытая кляча спотыкаешься? Али чуешь какую невзгоду?

    — Даждьбог приходил, Мару Моревну с собой взял.

    — А можно ли догнать их?

   
— Можно ячменю насеять, подождать, пока он вырастет, сжать-смолотить, 
пива наварить,допьяна напиться, до отвала выспаться да только тогда 
вдогонку поехать — и то поспеем! Кощей поскакал, догнал Даждьбога:
    — Ведь я же говорил, что тебе не видать Мары Моревны, как ушей своих!

   
И опять в лютой схватке одолел Кощей Даждьбога, ведь под ним конь 
чудный-богатырский.Отнял Мару и увез к себе.Остался Даждьбог один, 
закручинился, но всё равно опять воротился за Марой Моревною. На ту пору 
Кощея дома не случилось.
    — Поедем, Мара Моревна!

    — Ах, Даждьбог! Ведь он догонит, тебя в куски изрубит.

   
— Пускай изрубит! Я без тебя жить не могу. Собрались и поехали.Кощей 
Бессмертный домой возвращается, под ним добрый конь спотыкается.
    — Что ты спотыкаешься? Али чуешь какую невзгоду?

   
— Даждьбог приходил, Мару Моревну с собой взял. Кощей поскакал, догнал 
Даждьбога, и опять с помощью коня своего волшебного одолел его,изрубил 
его тело в мелкие куски и поклал в смолёную бочку, взял эту бочку, 
скрепил железными обручами и бросил в синее море, а Мару Моревну к себе 
увёз.В то самое время у зятьёв Даждьбога серебро почернело,
   
— Ах,— говорят они,— видно, беда приключилась!Орёл бросился на сине 
море, схватил и вытащил бочку на берег, сокол полетел за живой водою, а 
ворон за мёртвою.Слетелись все трое в одно место, разбили бочку, вынули 
куски Даждьбога, перемыли и сложили, как надобно. Ворон брызнул мёртвой 
водою — тело срослось, соединилось, сокол брызнул живой водою и— Даждьбог
вздрогнул, встал и говорит:
    — Ах, как я долго спал!

    — Ещё бы дольше проспал, если б не мы!—отвечали зятья.— Пойдём теперь к нам в гости.

    — Нет, братцы! Я пойду искать Мару Моревну.Приходит к ней и просит:
   
— Разузнай у Кощея Бессмертного, где он достал себе такого доброго 
коня.Вот Марья Моревна улучила добрую минуту и стала Кощея выспрашивать.
Кощей сказал:
    — За тридевять земель (то есть за пределами 27 
планет нашей солнечной системы), втридесятом чертоге, за огненной рекою 
разделяющей миры (граница междумирья выглядит как огненная река), живёт 
бабушка Йога, у ней есть такая кобылица, на которой она каждый день вокруг
всего света облетает. Много у ней и других славных кобылиц, я у ней три
дня пастухом был, ни одной кобылицы не, упустил, и за то Йога дала мне 
одного жеребёночка.
    — Как же ты через огненную реку (границу междумирья) переправился?

   
— А у меня есть такой платок — как махну в правую сторону три раза, 
сделается высокий-высокий мост, и огонь его не достанет!Мара Моревна 
выслушала, и пересказала всё Даждьбогу, и платок унесла да ему 
отдала. Даждьбог переправился через огненную реку и пошел к бабе Яге. 
Долго шёл он не пивши, не
    евши. Попалась ему навстречу заморская птица с малыми детками. Даждьбог говорит: 
    — Съем-ка я одного цыплёночка. 
    — Не ешь, Даждьбог! —просит заморская птица.—В некоторое время я пригожусь тебе. Пошел он дальше, видит в лесу улей пчёл.
    — Возьму-ка я, — говорит, — сколько-ни будь медку.Пчелиная матка отзывается:
   
— Не тронь моего мёду, Даждьбог! В некоторое время я тебе пригожусь.Он 
не тронул и пошел дальше, попадает ему навстречу львица со львёнком.
    — Съем я хоть этого львёнка, есть так хочется, аж тошно стало!

    — Не тронь, Даждьбог,—просит львица.— В некоторое время я тебе пригожусь.

    — Хорошо, пусть будет по твоему! Побрёл голодный, шёл, шёл — и видит стоят хоромы бабы Йоги.
    — Здравствуй, бабушка!

    — Здравствуй, Даждьбог! Почто пришёл—по своей доброй воле аль по нужде?

    — Пришёл заслужить у тебя богатырского коня.

   
Баба Йога посмотрела на молодца, и так он ей понравился, что захотела 
она его у себя оставить, чтоб ей по хозяйству помогал. И решила она дать
ему невыполнимое задание. 
    — Изволь, Даждьбог! У меня ведь не 
год служить, а всего-то три дня, если упасёшь моих кобылиц,—дам тебе 
богатырского коня, а если нет, то не гневайся— останешься навсегда 
у меня.Даждьбог согласился, баба Яга его накормила-напоила и велела за 
дело приниматься.Только что выгнал он кобылиц в поле, кобылицы задрали 
хвосты, и все врознь по лугам разбежались, не успел Даждьбог глазами 
вскинуть, как они совсем пропали. Тут он запечалился, сел на камень и 
заснул. Солнышко уже на закате, и вот прилетела заморская птица и будит 
его:
    — Вставай, Даждьбог! Кобылицы теперь дома. Даждьбог встал, воротился домой, а баба Йога и шумит и кричит на своих кобылиц:
    — Зачем вы домой воротились?

    — Как же нам было не воротиться? Налетели птицы со всего света, чуть нам глаза не выклевали.
    — Ну, вы завтра по лугам не бегайте, а рассыпьтесь по дремучим лесам.Переспал ночь Даждьбог, на утро баба Йога ему говорит:
   
— Смотри, Даждьбог, если не упасёшь кобылиц, если хоть одну потеряешь —
остаться тебе здесь на всегда!Погнал он кобылиц в поле. Они тотчас 
задрали хвосты и разбежались по дремучим лесам.Опять сел Даждьбог на 
камень, горевать да и уснул. Солнышко село за лес, как
    прибежала к нему львица и говорит: 
   
— Вставай, Даждьбог! Кобылицы все собраны. Даждьбог встал и пошёл домой.
Баба Йога-Золотая нога, пуще прежнего и шумит и кричит на своих кобылиц:
    — Зачем домой воротились?

    — Как же нам было не воротиться? Набежали лютые звери со всего света, чуть нас совсем не разорвали.
    — Ну, вы завтра забегите в сине море. Опять переспал ночь Даждьбог, наутро посылает его Баба-Йога кобылиц пасти:
   
— Если не упасешь — остаться тебе у меня навсегда.Он погнал кобылиц в 
поле, они тотчас задрали хвосты, скрылись с глаз и забежали в сине море, 
стоят в воде по шею. Даждьбог сел на камень, затужил и уснул. Солнышко 
за лес село,прилетела пчёлка и говорит:
    — Вставай, Даждьбог! 
Кобылицы все собраны, да как воротишься домой, у бабы-Йоги проси самого 
паршивого жеребёнка, который в навозе валяется. Бери его и в глухую 
полночь уходи из дому. Даждьбог встал, пришёл в хоромы, а Баба-Йога и шумит
и кричит на своих кобылиц:
    — Зачем воротились?

    —    
Как же нам было не воротиться? Налетело пчёл видимо-невидимо со всего 
света и давай нас со всех сторон жалить до крови! 
    —    Ну хорошо, Даждьбог, ты сумел выполнить моё задание выбирай самого лучшего жеребца. 
    —    Не надо мне лучшего, отдай самого паршивого жеребёнка,— который в навозе валяется.

   
— Нет, этого я не могу тебе отдать, завтра я сама выберу награду за 
службу. Но когда баба Яга заснула, то в самую полночь Даждьбог не 
дожидаясь утра, взял у неё паршивого жеребёнка, оседлал его, сел и 
поскакал к огненной реке. Доехал до той реки, махнул три раза платком в 
правую сторону — и вдруг, откуда ни взялся, повис через реку высокий, 
славный мост. Даждьбог переехал по мосту и махнул платком на левую 
сторону только два раза — остался через реку мост 
тоненький-тоненький! Поутру пробудилась Баба-Йога — паршивого жеребёнка 
видом не видать! Бросилась в погоню,во весь дух на железной ступе летит,
пестом погоняет, помелом след заметает.К огненной реке (границе 
междумирья) подлетела, взглянула и думает: «Хорош мост!» И поехала по 
мосту, но только добралась до средины — мост обломился, и Баба-Йога ели 
назад ноги унесла. А Даждьбог откормил жеребёнка в синих лугах Сварги 
Пречистой и стал из него чудный конь. Приезжает Даждьбог к Маре Моревне, 
она выбежала и бросилась к нему на шею:
    — Как тебя воскресили в тело твое жизненные силы влили, даже мне это не подвластно? 
    — Так и так,— говорит Даждьбог.— Поедем со мной. 
    — Боюсь, Даждьбог! Если Кощей догонит, быть тебе опять изрублену. 
   
— Нет, не догонит! Теперь у меня славный богатырский конь, словно птица
летит. Сели они на коня и поскакали. Кощей Бессмертный домой ворочается, 
под ним конь спотыкается. 
    — Что ты, несытая кляча, спотыкаешься? Али чуешь какую невзгоду? 
    — Даждьбог приезжал, Мару Моревну увёз. 
    — А можно ли их догнать? 
    — Нет! Теперь у Даждьбога конь богатырский лучше меня. 
   
— Нет, не утерплю, — говорит Кощей Бессмертный, — поеду в погоню. Долго 
ли, коротко ли — нагнал он Даждьбога, соскочил наземь и хотел было сечь 
его острой саблею, а в те поры конь Даждьбога ударил со всего размаху 
копытом Кощея Бессмертного и размозжил ему голову, а Даждьбог доконал 
его палицей. После того решил Даждьбог разрушить и логово Кащея где 
собирались темные силы (Луна леля). Сотворил небесный огонь, устроил 
великую кроду, и спалил Кощея Бессмертного на костре и самый пепел его 
пустил по ветру. Чтоб никто уже не смог собрать его тело во едино. 
   
Мара Моревна села на Кощеева коня, а Даждьбог на своего, и поехали они в
гости сперва к Водану, потом к Святобору, а там и к Хорсу. Куда ни 
приедут, всюду встречают их с радостью: 
    — Ах, Даждьбог, а уж мы 
не чаяли тебя увидеть. Ну, да не даром же ты хлопотал, такой красавицы, 
как Мара Моревна, во всём свете поискать — другой не найти! Погостили они,
попировали и поехали в свой небесный Чертог, приехали и стали себе 
жить-поживать, медок попивать, да детушек рожать. От которых пошёл род 
славян Даждьбожьих внуков. 

Составитель: Велемудр